Когда 5 декабря истек срок действия Договора о стратегических наступательных вооружениях (СНВ-1), основополагающего в военных отношениях Москвы и Вашингтона, сенсации из этого не получилось. В последний момент президенты Медведев и Обама созвонились, чтобы заверить друг друга в конструктивном отношении к проблеме, а главы внешнеполитических ведомств Сергей Лавров и Хиллари Клинтон встретились в Брюсселе. Результатом стало совместное заявление о том, что обе страны обязуются соблюдать «дух» СНВ-1 и стремиться к скорейшему заключению нового договора.

Официальные лица говорили, что до подписания договора осталось недолго. «Чтобы снять все разногласия в короткий срок, у сторон переговорного процесса есть все основания», – заявил, например, зампред международного комитета Госдумы Леонид Слуцкий. Но и через две недели ситуация изменилась несильно: как заверил в понедельник, 21 декабря, МИД РФ, «делегации закрыли большинство вопросов, которые обсуждались в последние месяцы, и вышли на согласованные позиции». Логичным завершением этого было бы сообщение, что договор будет подписан в ближайшие дни. Вместо этого делегации разошлись на каникулы и продолжат работу в январе. 24 декабря в интервью главам федеральных телеканалов Медведев заявил, что РФ и США в основном согласовали новый договор о сокращении наступательных стратегических вооружений (СНВ), но «здесь нужно все просчитать до последней запятой». Дата подписания нового третьего договора СНВ по-прежнему неизвестна.

ПРОПУЩЕННЫЕ ДЕДЛАЙНЫ
Сразу же появились предположения со ссылкой на высокопоставленные источники, что прорыв может быть достигнут на климатическом саммите ООН в Копенгагене. Эти слухи держались почти до самой встречи Обамы и Медведева в датской столице 18 декабря, шестой по счету и совсем не прорывной по содержанию. Разумеется, президенты излучали оптимизм: Обама заявил, что Россия и США «достаточно близки к соглашению», а Медведев сказал, что почти все вопросы закрыты. «Остались некоторые технические детали, которые нуждаются в доводке», – добавил российский президент. Скорее всего, Медведев и не лукавил вовсе: третий вариант соглашения СНВ действительно напичкан техническими деталями, и спешка политиков совсем необязательно означает спешку переговорщиков.

Сокращение ядерных арсеналов – почти всегда болезненная тема. Например, в Великобритании сейчас ведутся яростные споры,  сокращать или нет стратегические силы Соединенного королевства с четырех подводных лодок до трех. Но для России и США спорных моментов было немного: разве что отсутствие возможности проводить инспекции друг у друга для мониторинга ядерных арсеналов. Так, американские наблюдатели спустя два десятилетия были вынуждены покинуть Воткинский машиностроительный завод в Удмуртии, где делают межконтинентальные ракеты «Тополь-М». Удалось договориться об инспекциях в переходный период до подписания нового договора, однако все надеются, что вскоре будет подписан «нормальный» документ, и процесс возобновится на постоянной основе.

КАК ДОГОВАРИВАЛИСЬ
На излете холодной войны выяснилось, что не только СССР, но и США не могут позволить себе содержать свои огромные ядерные арсеналы, достаточные для многократного уничтожения любого противника. На пике бессмысленной гонки в середине 80-х у СССР было около 45 000 боеголовок, а у США – примерно 30 000. Затем их число стремительно сокращалось: основополагающий договор о сокращении наступательных вооружений (СНВ-1), подписанный в Москве в 1991 году и вступивший в силу тремя годами позже, ограничивал стратегические силы каждой из двух стран до 6000 боеголовок и не более чем 1600 ракет.

Вторая версия договора, подписанная президентами Бушем-старшим и Ельциным в 1993 году, так и не вступила в силу: когда США вышли в 2002 году из договора тридцатилетней давности по противоракетной обороне, Россия в ответ решила не отказываться от запрещенных СНВ-2 ракет с разделяющимися боеголовками. Точно так же, как остались на месте межконтинентальные ракеты, стратегические бомбардировщики и подводные корабли. Пожалуй, самым выразительным символом остаются российские лодки проекта «Акула», которые и лодками-то назвать неудобно – больше 170 метров в длину, с водоизмещением в 48 000 тонн и возможностью бороздить океаны на четырехсотметровой глубине по полгода с десятками ядерных зарядов на борту. И все это для того, чтобы иметь возможность отомстить за вероломное нападение вероятному противнику, с которым в нынешнем глобальном мире мы связаны тысячей ниточек взаимозависимости – политической, экономической, экологической, да, в сущности, какой угодно.

Время шло, и нужно было решать, какое соглашение придет на смену СНВ-1. В ходе июльского визита Обамы в Москву президенты России и США поручили своим переговорщикам, уже начавшим консультации в мае, добиться сокращения боезарядов до 1500 – 1675 единиц, а предельные уровни для стратегических носителей были закреплены в пределах 500 – 1100 единиц.

В чем состоят последние разногласия – ясности нет. Очевидно, что ни одна из сторон не намерена отступать от своих главных преимуществ. США не будут отказываться от создаваемой системы ПРО, которая может нарушить равновесие ядерных сил. А Россия хочет сохранить самые мощные в мире ядерные ракеты и разработать новые, которые могли бы прорывать оборону США. Так уж совпало, что к встрече Обамы и Медведева в Копенгагене российские ракетчики приготовили «подарок» – заявление главкома РВСН генерал-лейтенанта Андрея Швайченко о том, что Россия будет создавать новую межконтинентальную баллистическую ракету на замену советским ракетам «Воевода». В какой мере этот и другие шаги, которые чаще секретны, чем открыты, повлияют на увязку технических деталей и торг специалистов, остается только гадать.

Российские и американские представители провели уже восемь раундов переговоров – сначала в Москве, потом в Женеве. По общему  признанию, с переговорами несколько закопались – пропустили уже два важных дедлайна, включая истечение срока предыдущего соглашения и очередную встречу президентов в декабре. Сейчас стороны ушли на рождественские каникулы, заверив, что в предыдущие месяцы работали без выходных. Остается надеяться, что новогодние праздники не затянутся на весь январь, как это часто бывает в России.

КОГДА ДОГОВОРЯТСЯ
Не экономика играла первую скрипку, когда в конце холодной войны разрабатывался СНВ-1. Помимо трудностей содержания ракет, требовалось раз и навсегда добиться от предполагаемого противника предсказуемости. И сейчас это не просто техническое соглашение, а основополагающий документ в долгосрочном планировании взаимоотношений России и США. Так, по информации «Нью-Йорк Таймс», в ближайшем будущем  стратегия США может быть переориентирована с ядерного сдерживания на борьбу с террористами, которые могут попытаться завладеть ядерным оружием. И все из-за благотворной роли СНВ. Впрочем, о кончине знаменитой триады ядерного сдерживания (ракеты, стратегические бомбардировщики, подводные лодки) речь пока не идет.

Теперь задача России и США – потянуть за собой другие ядерные державы. По признанию Сергея Лаврова, предложенная Россией степень сокращения «будет сопоставима с теми потенциалами, которые имеются у других официальных ядерных держав». Пока что до этого не так близко: по данным Федерации американских ученых, у Франции сейчас до 300 стратегических ядерных зарядов, у Китая – 180, у Великобритании – 160 и по 60 – 80 у неофициальных членов ядерного клуба – Израиля, Пакистана и Индии. В обозримом будущем  к ним могут добавиться Иран и Северная Корея. В этих условиях старый, но действенный механизм взаимного успокоения и разоружения важен, как никогда. Мало кто помнит, что он уже работал в прошлом: когда распался Союз, молодые государства Украина, Белоруссия и Казахстан остались с внушительными ядерными арсеналами. Конечно, у них не было возможности содержать эти арсеналы самостоятельно. Но это обстоятельство подействовало только вкупе с дипломатией России и США, когда троица постсоветских государств дала согласие в 1992 году на демонтаж своих систем и постепенно перешла к безъядерному статусу.

Остается только пожалеть, что договориться по СНВ не удалось в кулуарах Копенгагенского саммита. Ведь форум в датской столице окончился без серьезных договоренностей о будущем  планеты и о том, как остановить глобальное потепление. Дата саммита в Копенгагене была довольно искусственной, ведь ядерное разоружение не так уж близко климатической проблематике (если не считать того, что ядерная война может привести к уничтожению всей жизни на Земле). Сотрудничество России и США в сокращении боеголовок – неизбежное, не сенсационное, но добросовестное и выгодное всем – могло бы подстегнуть климатические переговоры. Остается надеяться, что пример все же будет подан, и очень скоро: мир нуждается в коллективных действиях больше, чем когда-либо.

Источник: slon.ru