Последние полгода по рынку постоянно ходили слухи о том, что Рубен Варданян собирается продавать инвесткомпанию “Тройка Диалог”. Среди потенциальных покупателей назывались даже такие гиганты, как CSFB и J. P. Morgan. Сам Варданян признавал, что ведет переговоры с несколькими банками, но детали раскрывать отказывался. А во вторник в интервью “Ведомостям” основной владелец “Тройки” и ее бессменный президент заявил, что решил отложить продажу на пару лет, и объяснил почему,передает газета "Ведомости"

- Постоянно ходят слухи о продаже компании. Продаете?

-Действительно, разговоров ходило много, рынок нас активно продавал самым разным игрокам. Но мы не устраивали никаких тендеров, аукционов, предложений никому не рассылали. Выяснилось, что у нескольких очень крупных банков есть большой интерес к тому, что мы делаем. Нам, в свою очередь, было интересно понять, какие варианты сотрудничества могут быть, посмотреть, как нас оценивают.

- Какими были предпосылки для начала разговоров с потенциальными покупателями?

- В “Тройке” мы каждые пять лет прогнозируем взгляд на рынок и будущее компании. В 2002 г. мы прогнозировали сумасшедшие вещи. При том что у нас было $12 млн капитала и меньше $100 млн под управлением, на 2007 г. у нас был план иметь $3 млрд под управлением, а доход -$300 млн. Когда я эти показатели озвучивал, всем они казались фантастической сказкой, в которую трудно поверить. Там было написано, что мы будем стоить $1,5 млрд в 2007 г., и была чудесная математика -четыре book value плюс премия за то, что мы будем лидерам. Коллеги мне сказали: “Рубен, на рынке максимум дают цену три book value!” Я решил, что немного переборщил, и скорректировал прогноз до $1 млрд. Тогда я пообещал партнерам и сотрудникам, что если мы будем стоить $1 млрд, то устрою для сотрудников лучшую вечеринку Москвы. А если плюс к этому построим эффективное настоящее партнерство, я побреюсь налысо и прыгну с парашютом. И до 2007 г. мы хотели это все реализовать, поэтому для меня 2007 год действительно поворотный.

В мае 2006 г. мы провели особую, выездную сессию партнерства, мы хотели понять, что будет с рынком, какие у нас позиции и варианты развития и что мы будем дальше делать. Мы наняли стратегических консультантов -Mercer Oliver Wyman, которые занимаются консалтингом на финансовых рынках. Мы пытались оценить будущее рынка, проехали Бразилию, Америку, Европу, чтобы понять, что там происходило. И наняли еще двух консультантов -Mercer Delta Consulting и Mercer HR Consulting. Первые занимались построением инфраструктуры, а вторые -партнерством. Мы быстро растем, набираем людей, и нам важно сохранить корпоративный дух и семейственность.

Последние полгода мы работали над возможными вариантами сценария развития “Тройки”. Мы поговорили с шестью банками, каждый из которых имел собственную модель видения будущего “Тройки” и своего будущего в России. В результате мы получили очень высокую оценку стоимости “Тройки” в $2,5-3 млрд, что в 7-10 раз превышает book value компании.

- Как получилась цена в $2,5-3 млрд?

- Ни один из банков не смотрел на book value. На растущем рынке инвестбанки оцениваются по росту доходов и по тому, как выстроены бизнес-процессы внутри компании. И они смотрели на доходы “Тройки”, которые в 2006 финансовым году составили более $450 млн, их потенциальный рост и -главное -на структуру этих доходов.

- А вы что решили?

- Мы подошли к той стадии обсуждений, когда нужно было решить -продолжаем общение или нет. Взвесив все, я принял решение отказаться от дальнейших переговоров и не продавать “Тройку”. Решение было непростое, я все выходные провел в раздумьях.

- Это ваше личное решение или решение партнерства?

- Этот вопрос до совета партнерства даже не дошел, так как переговоры не были в той стадии, когда требуются формальные решения всего партнерства. Наша задача сейчас -продолжить работу по развитию компании. 3 февраля будет ежегодный бал, где представим 30 новых партнеров, до этого все соберемся, чтобы поговорить о нашей дальнейшей стратегии.

- А покупателей можете назвать?

-Со всеми, с кем мы говорили, у нас соглашение о конфиденциальности. Могу сказать лишь, что полученные предложения были очень привлекательны -и условия, и оценка компании. В одном из сценариев мы могли получить под контроль всю команду, которая работает с Россией в Лондоне и Нью-Йорке, плюс право на развитие бизнеса банка здесь, в России. И это при достаточно высокой степени собственной автономии. Поэтому нельзя сказать, что мы с кем-то не договорились из-за непривлекательных условий или взаимонепонимания. Просто мы приняли решение, что можем быть успешны и самостоятельно.

- Какими были варианты продажи “Тройки”?

-Мы анализировали все варианты -партнерство по продуктам, как у нас с Temasek, бизнес-партнерство на развивающихся рынках, обмен акциями, продажа маленького пакета, продажа 50%, IPO. Продажу 100% и уход с рынка мы не рассматривали, нам это было не интересно.

- Почему?

- Российская экономика растет, и мы понимаем прекрасно, что будущее очень интересно и стоимость компании будет расти. И, следуя всем советам консультантов и логике, создание партнерства было оптимальным.

- Может быть, не называя банки, расскажете о вариантах?

-Было три варианта. Обмен акциями -мы бы получали 25% банка, но он был второго уровня на уровне развивающихся рынков, и синергии не получилось бы. Там сразу было членство в совете директоров. Второй вариант -создание партнерства 50/50 или продажа 100% сразу, но с возможностью обратного выкупа и получения апсайда от работы в следующие пять лет, если что-то идет неправильно в развитии или у покупателей происходит какой-то форс-мажор. Третий вариант -мы могли выкупить обратно только asset management. Но везде было условие -управленческий контроль над компанией получали мы. Это были уникальные предложения, которые до сих пор ни с кем не обсуждались.

- У вас была возможность не продать компанию, а сделать совместное предприятие 50/50 с глобальным банком с сохранением менеджмента “Тройки”, войти в совет директоров. Сделать то, что у Мордашова не получилось с Arcelor…

- Они бы выкупили всю компанию через пять лет. У них был опцион колл. Если мы станем сильнее через 2-3 года, мы можем вернуться к разговору с крупными банками о различных формах сотрудничества, но уже на другом уровне.

- Что тогда будет представлять собой “Тройка”?

- Мы осознанно приняли решение, что будем развиваться именно как партнерство сотрудников. Я хочу довести этот процесс до принципиально иного уровня, прежде чем стать публичной компанией. Хотя можно было провести IPO уже в мае-июне. Мы хотим взять еще полтора-два года на то, чтобы продолжить отстраивать компанию, сделать ее еще сильнее.

Мне захотелось вопреки всему доказать, что российский независимый инвестиционный банк должен быть в России. Это такой вызов себе и всем. Деньги для меня никогда не были основным драйвером. Интересно посмотреть, получится ли. Я осознал, что если я сейчас это сделаю и сделка закроется примерно в июле, то с парашютом прыгать мне не придется. А я хочу иметь возможность прыгнуть с парашютом и побриться налысо. Это парадоксальное желание для человека, который боится высоты больше всего в жизни.

- Сколько бы вы получили из тех $2,5-3 млрд, в которые оценили “Тройку”?

- Затрудняюсь назвать точную сумму. Наверное, порядка $1 млрд. Мне сейчас принадлежит около 65%, остальное -у 70 членов партнерства. Все консультанты советовали заключать сделку, потому что потрясающая возможность откэшиться.

- И вы тогда смогли бы с $1 млрд прыгнуть с парашютом…

- Тогда я лучше бы нырнул, потому что делаю это с большим удовольствием. На самом деле я понял, что если не попробовать, то я всю жизнь буду себя корить. Возможно, следующие полтора года будут катаклизмы и столько денег нам уже никто не даст. И все мои партнеры будут счастливы, если мы найдем людей, кто предложит $500 млн. Но лучше попробовать и потерять, чем всю жизнь потом жалеть об упущенных возможностях.

Я понял, что делать бизнес-школу в Сколкове и при этом продавать бизнес, откэшиваться и при этом говорить о светлом будущем рынка, неправильно. Россия сейчас дает уникальные возможности. Если у тебя есть мечта, то Россия сейчас -место для ее реализации, несмотря на все риски.

- Вы уже имеете, наверное, представление, как будет развиваться “Тройка” в ближайшие пять лет?

- Сейчас в России тренд, что основными игроками на финансовом рынке в будущем будут либо госструктуры, либо западные банки. Я глубоко убежден, что этот тренд изменится. И у России будут претензии не только на то, чтобы быть сырьевой империей, но и на то, что быть страной с собственной финансовой системой. В следующие 5-15 лет она претерпит серьезные изменения, не знаю за счет чего -регулирования, накачивания деньгами, реорганизации, слияний и поглощений. Последние пять лет темп роста финансовой системы был больше 50% в год. Очевидно, что есть все шансы, что тенденция сохранится. Сейчас очень маленький процент компаний используют услуги фондового рынка, но в следующие 5-10 лет он наконец займет достойное место.

В ближайшие два года мы хотим серьезно инвестировать в развитие компании, и это одна из причин, почему мы откладываем возможность компании стать публичной. Будем делать инвестиции в технологии, а главное -в людей.

Не имея агрессивной стратегии, мы значительно опережаем ближайших конкурентов в управлении активами, сейчас третьи по интернет-брокериджу. В ближайшем будущем будут расти операции с производными инструментами, IPO, объем сделок по слияниям и поглощениям. Будем развивать и другие направления бизнеса. Возможно, вернемся к теме страхования.

- Опять в партнерстве с “Росгосстрахом”?

- Я как модель говорю.

- Вы говорили раньше, что рассматриваете возможность покупки страховщика и коммерческого банка.

- Пока без комментариев. Но рассматриваем. В 2002 г. было слишком рано, но сейчас есть и дистрибуторская сеть, и технологии, и общий уровень финансовой культуры населения повышается. Пока никому не удалось успешно построить кросс-продажи -ПИФов, страховых продуктов и банковских. Мы должны как частная компания пройти эти риски крупного инвестирования. Мы хотим использовать дистрибуторскую сеть для реализации акций и других финансовых продуктов населению.

- Сколько будет зарабатывать “Тройка” через три года?

-В 2010 г. “Тройка” имеет все шансы зарабатывать более $1 млрд в год.